|
Кстати, а откуда вам все егэ информатика уж не сочтите за труд, рапортец следователю напишите, а я тоже черкну на досуге, а то совсем забыл, как это делается. Зачем спрашивать у медиков, они ни черта в этом не понимают, – ерничал капитан с довольной ухмылкой. Военнослужащему, причем, замечу, зверски избитому, надо пройти обследование, лечение у него будет, наверное, дней десять, так что в строй он станет не скоро. Выходя из палаты, капитан оглянулся и подмигнул Киму. Немного поразмыслив над словами капитана, Ким понял, что, по существу, тот дал ему указание – болеть не менее десяти дней. Ну что ж, болеть так болеть. На третий день к Киму пришла делегация в составе уже известного старшего лейтенанта, капитана и молодой девушки, судя по форме – представителя военной прокуратуры.
Он удивленно раздаточый материал егэ 2010 информатика материал капитана. информатика материал стоял мрачный, чего нельзя было сказать про старшего лейтенанта. До Кима дошло, что особист подсуетился, так, чтобы это дело расследовала неопытный следователь. Следователь принялась задавать вопросы, Ким подробно на них отвечал, но вот она задала вопрос, который он ждал: – Что сказал тот, который стоял ближе? Ким сразу опустил глаза и смутился. Ким сделал вид, что находится в замешательстве, тихонько забормотал, что помнить-то он помнит, такое не забудешь, но затрудняется повторить. Ким смешался еще больше, смущенно взглянул на капитана и вообще замолчал. Истолковав поведение Кима по-своему, следователь попросила особиста и капитана оставить ее наедине с Кимом. Мы здесь для того, чтобы выяснить все обстоятельства дела, а вы чего-то стесняетесь. Ким набрал воздуха и, закрыв глаза, начал говорить. Поэтому говорит, лучше признаться, что у меня амнезия. Какие могут быть факты? Ким сделал вид, что окончательно сбит с толку, и стал тихо бормотать, что он не знает, что ему говорить, потому что старший лейтенант сказал… Следователь быстро свернула разговор и, пообещав позже навестить его, вышла из палаты. В коридоре к ней сразу подскочил особист, но она шарахнулась в сторону как от огня, глядя на него расширенными от ужаса глазами. Особист поморщился и мельком взглянул на капитана: – Да. Но он жаловался на провалы памяти и ничего не смог мне сказать. Так что он рассказал? Следователь открыла было рот, но густо покраснела и, буркнув, что она передаст ему стенограммы позже, быстро пошла прочь. Капитан задумчиво посмотрел ей вслед; он никак не мог понять, что такого мог рассказать Ким, чтобы вызвать такую реакцию. От этого парня можно было ожидать чего угодно, но надо его подстраховать, как бы он не сорвался. Особист тоже не мог ничего понять, для него это оказалось еще большей неожиданностью.
|
