|
Незнакомец сказал это егэ и ответы по обществознанию , буднично, словно спрашивал, который час. Но на Вику его голос подействовал, как удар шпорами на лошадь. Она рванулась наверх, уже не замечая тяжести крышки, крича что-то нечленораздельное, навалилась грудью на грязный пол, заскребла, ломая остатки ногтей, пальцами по ответы оструганным доскам и буквально вползла, как огромный неуклюжий червяк, на чердак. Едва она успела втянуть ноги, и крышка закрылась, внизу скрипнула первая ступенька. Рыдая в голос, Вика навалилась на крышку. Теперь она могла только лежать, слушая, как стонут ступеньки под тяжестью ночного гостя, и шептать дрожащими губами: – егэ мамочка, мамочка… Крышка вдруг подпрыгнула от жуткого удара, больно ударив по ребрам. Вика почувствовала, егэ по ногам потекло что-то теплое. Глава и Очнулся Виктор мгновенно. Сознание проснулось по заработало на полную катушку. В первые секунды особой радости это не принесло. Болело так, будто какие-то великаны весь день играли им в футбол. Стоило Виктору пошевелиться, каждая косточка, и мышца хором завопили, протестуя. Виктор замер, перевел дух и открыл глаза.
Он опустил веки и через секунду егэ и ответы по обществознанию глаза снова. На всякий случай он, превозмогая боль, провел по лицу ладонью. В голове клубился туман, в котором то и дело мелькали какие-то бессвязные обрывки мыслей, неясные смутные образы. Они скользили по самому краю сознания, но были слишком мимолетными, слишком неуловимыми. Тело действовало само, не дожидаясь команды мозга. Ладонь скользнула по лицу, задержалась на припухшей скуле и ссадине на щеке, задержалась на веках. Глаза были открыты, но не видели ничего. Ни малейшего проблеска света по хотя бы крошечного, едва уловимого изменения плотности, вернее, оттенка темноты. Она была сплошной, густой, будто голову окунули в ведро с чернилами, или накинули на нее мешок. Но, насколько мог определить Виктор, никакого мешка не было. Виктор снова закрыл глаза, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. На несколько секунд он опять впал в забытье. А когда пришел в себя, в голове немного прояснилось. обществознанию уже не разбегались, как тараканы при включенном свете. обществознанию лежал на чем-то жестком и очень неудобном. Было сыро и холодно, как в склепе. Не хватало еще ослепнуть. Конечно, ни с того ни с сего зрение не потеряешь… Но вся по в том, что события последних часов начисто стерлись из памяти. Последнее, что помнил Виктор – как они с Андреем и Катей свернули с шоссе на проселочную дорогу, ведущую к деревне. Дальше – одно большое белое пятно. Но за память Виктор пока не волновался. Куда больше заботили глаза. Что, если он получил какую-то травму и ослеп? Виктор надавил пальцами на веки и резко отпустил. Перед глазами вспыхнули цветные всполохи.
|
