|
Можно было подумать, что Григорий применил тактику пройти тренировочные задания егэ по географии , географии из-под внезапной атаки. Но немцы обычно имитировали падение, а Филатов, казалось, торопился вниз, чтобы быстрее егэ со своим ведомым и броситься в бой вместе. Летчики по привычке глянули на часы: Через несколько секунд они поняли – Филатов не пикирует, а убит или тяжело ранен, потому что никто из них не пикирует отвесно. Застонал от боли аэродром, застонал от бессилия помочь своему любимцу. Батько Ныч, вскочив на подножку санитарной задания летел через летное поле к месту предполагаемого падения самолета. Параллельно, вздымая пыль, мчались на стартере мы с инженером Докуниным и несколько вскочивших на ходу в кузов летчиков и механиков. Остальные, кто мог оставить стоянку, бежали напрямик. Самолет Филатова упал за северной границей аэродрома и разлетелся на куски, подняв столб пыли. Над погибшим товарищем кружил одинокий «Як». В стороне от мотора, зарывшегося в раскаленную землю лежал на спине Филатов. Целый, ни единой царапины, будто прилег на выгоревшую за лето траву и уснул.
Комиссар, инженер, мы пройти географии добежали, обнажили головы, стояли молча, у многих навернулись слезы. На спине, между лопатками зияла крупная окровавленная дыра. Сержант Бугаев нашел бронеспинку. Она была пробита снарядом на вылет. И совсем тихо добавила: – Мгновенная смерть… задание Филатова отвезли в деревню. Я повел остатки эскадрильи на прикрытие Ишуньских позиций. Адъютант послал в штабы Фрайдорфской авиагруппы и полка срочное донесение: « Самолет разбился, летчик погиб». егэ лейтенанта Филатова в этот день не пришлось. Летали еще несколько раз на задание. Летали злые и дрались, как звери. С последнего задания вернулись в сумерках. Никому по хотелось ехать в деревню, географии хотелось видеть Григория мертвым. На ночь гроб поставили в общежитии летчиков на две табуретки против двухъярусных нар, где последнюю ночь лежала постель и Григория Филатова. До утра почти никто не сомкнул глаз, тихо говорили о погибшем. А на рассвете летчики попрощались с ним и уехали на аэродром. Сквозь дрему услышал знакомые голоса: – Попробуй найти их. Все в бинтах, рядом стоять будешь и не узнаешь… – Сестрица, тут где-то наши летчики Любимов и Овсянников? Любимов открыл глаза и наяву увидел командира полка Павлова и комиссара Пронченко в белых, с незавязанными тесемками халатах. Павлов кинулся на голос. Присели с комиссаром на койку с обеих сторон.
|
