|
В стороне и на высоте тысяч трех приближалась сайта подготовки к егэ «мессершмиттов». Мгновенно взревели двигатели «яков», а уже через минуту мы с Филатовым шли на сближение с противником. Атака по ведомому фашисту снизу близилась к успешной подготовки Филатов он имел на своем счету два лично сбитых самолета несколько раз подлетал ко мне, подавал разные знаки и не мог подготовки почему я не стрелял. Я и так и этак вам – бей! А вы хвост ему нюхаете, горячился потом Филатов на земле, что редко с ним бывало. А я не знал, чем к оправдываться. Надо бы подойти ближе, чтобы наверняка. Может, я и не прав, с «мессершмиттами» – то впервые… Смущала меня вторая пара, на солнце. О хитрости немцев мне кое-что рассказывал майор Наумов Н. Прежде чем открыть огонь, посмотри себе под хвост, не висит ли там «веер», Нас предупредили – к концу дня ожидать большое начальство. Никто из командования эскадрильи егэ не видел генерала Жаворонкова, но понаслышались будто начальник морской авиации очень строг, шумлив и нетерпим к любым упущениям.
Настроение у людей приподнятое – поработали славно и без потерь. Любимов собрался позвонить начальнику оперативного отдела штаба Фрайдорфской авиагруппы и доложить о последнем вылете, но где-то опередили его – коробка полевого телефона ожила, настойчиво подзывая к себе. Комэск не спускал глаз с к самолетов. Он и сам теперь видел, что это не наши. В нарастающем гуле моторов уже слышалось характерное подвывание, – Вижу, товарищ генерал… Поднять некого– только отработали, заправляются… Один мой в готовности… Есть, товарищ генерал, вылетаю. Любимов бросил трубку телефонисту и торопливо собравшимся: – Жаворонков разнос дал! Немец, говорит, сам в руки лезет, а вы спите. Идут прямо на аэродром, без прикрытия истребителей. Неужели обнаружили, бомбить будут? Небо над степью противно выло и дрожало. Но Любимов взлетать не торопился, не хотел демаскировать свою площадку поднятой при взлете пылью. Догнал Любимов их быстро. Не заметили егэ подпускают ближе? Зашел крайнему правому в хвост, в мертвую, не простреливаемую стрелком зону. Он уверенно нажал на общую гашетку пулеметов и пушки… и не ощутил привычного при стрельбе вздрагивания подготовки В нос не ударил острый запах порохового дыма и горящего масла, не увидел он впереди себя трасс.
|
