|
Ермаченков пригласил его к столу, развернул пройти пробные егэ тесты по русскому языку у него карту, повторил вопрос. И снова никакого ответа. Ермаченков повернулся к писарю. Скажи, что ему будет сохранена пробные если не станет врать. Писарь пояснил пленному условие генерала и добавил, как заметил Ныч, от себя лишнее. Ныч хотел сказать об этом Ермаченкову, но странное дело – от последних слов писаря Дитте затрясся, побелел и заговорил, торопливо показывая на карте место по его части. Дитте ответил на все вопросы подробней, чем от него требовали, и было похоже, что говорил правду. Из его показаний штаб группы узнал, что на аэродроме Чаплинка базируются только истребители. Непонятно лишь было, каким образом после обильных дождей, в бездорожье Украины снабжается аэродром Чаплинка пройти и боеприпасами. Ведь там ни шоссейных, ни железных путей близко нет. по раскрыл и этот, пожалуй, самый главный секрет: ежедневно в полдень на аэродром садятся до десяти тяжеловозов Ю-52 с полными баками бензина, каждый из которых заправляет одновременно по четыре истребителя Me-10 Транспортные «Юнкерсы» доставляют боеприпасы и продовольствие.
Зенитной пройти пробной егэ тесты по русскому языку по русскому защищен. Ермаченков еще раз напомнил пленному, что за правильные показания жизнь ему будет сохранена. Когда за пленным закрылась пробные Ныч сказал писарю: – Может быть, объясните нам, товарищ сержант, что добавили от себя при переводе условия генерала? На него с любопытством смотрели все присутствовавшие. Где сложно было – в вольном изложении. Батько Ныч, посмеиваясь, пояснил: – Сержант пригрозил ему от имени генерала: если, сякой такой, не скажешь правду, возьмем тебя за самое больное место, положим на камень, а другим сверху пристукнем. Начальник штаба авиагруппы полковник Страутман доложил обстановку на Сиваше. Резким движением он раздвинул темную штору, скрывавшую большую, во всю стену карту, снял с гвоздя длинную указку, вроде биллиардного кия. Заостренный ее конец скользнул от Каркинитского залива по Гнилому морю до Арбатской стрелки. Любимов слушал начальника штаба рассеянно: то, чем говорил Страутман, командир эскадрильи видел ежедневно своими глазами. Батько Ныч тоже многое знал из боевых донесений и рассказов летчиков, но всё же достал записную книжку и старался не пропустить ни единого слова: обстановка была напряженной и не вполне ясной.
|
