|
Ощущение было такое, будто он возвращается домой после долгого отсутствия. Домой, где его ждет заслуженный отдых и родные лица. Именно поэтому, когда Сергей вдруг нарушил тишину, запев тонким чистым голосом «Капитан, капитан, улыбнитесь», и реальность разбила возникшее чувство вдребезги, Виктор едва не набросился на него с кулаками. Но в следующую секунду будто очнулся от сна. Он шел на старое, давно заброшенное кладбище, и все, что его там математика – покосившиеся кресты и едва заметные холмики, заросшие травой и осокой. Скорее всего… Да, скорее всего. Голос у егэ дрожал, в нем появилась хрипотца, которой математика Виктор не замечал. Жил отважный капитан, Он объездил много стран… Почувствовав поддержку, Сергей запел увереннее. Теперь песня кромсала эту настороженную враждебную тишину в клочья. И не раз он бороздил океан. Запел, потому что неожиданно понял – сейчас это их единственный шанс выбраться из этой готов живыми. Откуда пришла эта уверенность, он понятия не имел. Будь он взрослым, наверняка попытался бы найти какие-нибудь объяснимые причины, или уговорил себя, что все это лишь готов воображение, или к что-нибудь в этом духе.
Пошел бы на готу к егэ математику у к готов божка готов взрослых, у этого маленького чванливого Наполеона сознательной жизни, который не одного человека, излишне доверявшего ему, довел до личного Ватерлоо. Но в двенадцать лет больше доверяешь чувствам, чем рассудку, а потому совершаешь меньше ошибок. Теперь над тропинкой летела песенка про капитана, исполняемая на три голоса. И лес, вернее, та сила, которая обитала в нем, и не ожидала подобного поворота событий, отступила. Даже запах сырой земли стал не таким пронзительным. Присутствие этой силы все еще чувствовалось, как ощущается присутствие человека в темной комнате. Но она затаилась, присматриваясь к трем мальчишкам, посмевшим бросить ей вызов, и выжидая подходящего момента для контратаки. Они отошли от старого кладбища на несколько десятков шагов, когда сила, едва не лишившая их воли, снова дала о себе знать. Это было похоже на удар дубиной по голове. Она набросилась внезапно, жестко и стремительно, как хищник, долго подкарауливавший в засаде добычу и наконец дождавшийся подходящего момента для броска. Резкий порыв невесть откуда взявшегося ветра наотмашь хлестнул по разгоряченным лицам мальчиков, и бросил им под ноги охапку жухлых листьев. Остро пахнуло землей и прелыми листьями. И вместе с этим запахом накатила тяжелая, сбивающая с ног волна чего-то такого, чему они тогда не могли найти определения.
|
