|
И я уж давно с привычной жадностью поглядывал на них, егэ по математике 11 класс фипи денька бы два хватило – всласть порыться в них. Тем более, днемто хозяин никогда не сидит в этой комнатке – только по ночам или вот, как сейчас, поздно класс шел уже одиннадцатый час, а разговор наш только начался. Но Токарев сам назначил это время. Я подумал, что не было бы здесь меня, и Токарев, пожалуй, не стал бы по вовсе, и мне стало неловко перед этим начальником участка, который недоглядел, как под бесконечными дождями раскисла земляная насыпь, и именно поэтому она поползла, математике автокран поднял тяжелую бадью с бетоном, и кран завалился набок… Начальник участка звонил из котлована, из насосной, он, наверное, промок до нитки, пока добирался туда от насыпи, – я представлял себе, как далеко ему пришлось идти, чтоб позвонить; потому – не иначе – он и позвонил самому Токареву, а не диспетчеру, чтоб все сделалось класс чтоб пригнали немедля новый кран, иначе нечем укладывать бетон.
Я, отвернувшись, – очень уж не хотелось слушать мне их разговор! Это был сборник документов, изданный Госполитиздатом, назывался он не очень-то оригинально: «Преступные цели – преступные средства». Из книжки торчала закладка – обрывок выцветшей газеты. На ней я и раскрыл книгу и начал читать: «…Пересланная мне докладная обер-лейтенанта Бассевица и лейтенанта Мюллер-Бродмана дает повод изложить следующее. В конце июля 1943 года 358 пехотный класс которым я в то время командовал, направлялся с Восточного фронта в город Сурин, где должен был расквартироваться на отдых. Когда в день прибытия туда, во второй его половине, я со своим штабом разместился в предназначенном для нас месте, мы услышали не очень далеко от нас раздававшиеся один за другим с определенными интервалами винтовочные залпы, за которыми через некоторое время следовали выстрелы из пистолетов. Я решил выяснить, в чем дело, и отправился на поиски с адъютантом и офицером для поручений обер-лейтенантом Бассевицем и лейтенантом Мюллер-Бродманом в направлении выстрелов. Вскоре мы почувствовали, что здесь совершается нечто ужасное, так математиками увидели множество солдат и гражданского населения, устремившихся по железнодорожной насыпи, за которой, как нам сообщили, происходили массовые расстрелы. Все это время мы не могли 11 что делалось по другую сторону насыпи, однако слышали через определенные промежутки времени свисток, а вслед за ним залпы примерно из егэ винтовок, после которых раздавались пистолетные выстрелы. Когда мы наконец взобрались на насыпь, нашим глазам представилась отвратительная по своей жестокости картина, потрясшая неподготовленного человека. Там была вырыта яма около 7 – 8 м.
|
